Гиюр и «виза 2а5»: как это связано с Законом о возвращении

Как гиюр связан с гражданством

По Закону о возвращении, не-еврей, прошедший гиюр (обращение в иудаизм) и принявший иудаизм, в общем случае получает право на репатриацию и, соответственно, на израильское гражданство — так же, как если бы был евреем по рождению. Это подтверждено и прецедентом Верховного суда по делу Рогачёвой (БАГАЦ 7625/06, решение от 31.03.2016): Закон о возвращении применяется и к гиюру, пройденному иностранцем непосредственно на территории Израиля.

Условие суд сформулировал так: закон применяется к тому, кто на момент прохождения гиюра находился в Израиле законно. И там же — принципиально важная для держателей «синей бумаги» оговорка: «для целей Закона о возвращении тип визы, которой обладает прошедший гиюр, значения не имеет; если человек находился в Израиле законно в момент своего гиюра — закон к нему применяется».

Практика, однако, читает это условие шире: и юристы, и окружные суды исходят из того, что законным пребывание должно быть на протяжении всей процедуры гиюра, а не только в её финальной точке. Поэтому вопрос статуса приобретает для держателей «визы 2а5» такое значение.

И здесь важная тонкость, из-за которой эту цитату нельзя брать как аргумент в свою пользу. Верховный суд в деле Рогачёвой говорит о типе «ашры» (אשרה) — визы, то есть разрешения на въезд в страну. А «виза 2а5» юридически выдаётся не как ашра, а как «ришайон» (רישיון) — разрешение на пребывание. В решении Иерусалимского окружного суда от 25 марта 2026 года судья прямо указал, что различие между этими двумя понятиями не семантическое: ашра касается въезда, ришайон — проживания. По такому прочтению фраза «тип визы значения не имеет» на держателя «визы 2а5» просто не распространяется.

Тот же суд опирается на критерий из более раннего дела Макларена: законным считается пребывание по действующей ашре — «⁨שהות כדין שיש בה כדי להגשים תכלית זו היא שהות באשרה בת תוקף⁩». В пересказе юристов это передают формулой «тип визы значения не имеет, но виза — требуется»; имейте в виду, что сама эта формула взята из адвокатского блога, а не из текста решения.

Практический смысл простой: планировать гиюр в расчёте на цитату из Рогачёвой не стоит — этот аргумент суд уже рассматривал и отклонил.

Какие гиюры вообще признаются

Тем же решением Верховный суд отверг позицию государства, что признавать следует только гиюры государственной системы. Критерий шире: признаётся гиюр, проведённый в признанной еврейской общине по её устоявшимся критериям. Признанной община считается, если это «сложившаяся, действующая община с общей известной еврейской идентичностью, имеющая постоянные структуры общинного управления и принадлежащая к одному из течений, признанных международным еврейским сообществом».

Для человека, выбирающего, где проходить гиюр, это важнее разбора судебных дел ниже: государственный бейт-дин — не единственный вариант, но и не любая община подойдёт.

Позиция МВД

По описаниям юристов и по тому, как эту позицию излагали суды, Министерство внутренних дел исходит из того, что «виза 2а5» не является полноценной визой, выданной для целей легального пребывания в обычном смысле, — а значит, гиюр, пройденный человеком с таким документом на руках, по умолчанию не признаётся основанием для репатриации по Закону о возвращении. Утверждается также, что это закреплено во внутренних инструкциях ведомства и такие заявления отклоняются автоматически.

Эту позицию больше не нужно принимать в пересказе: текст внутренних указаний процитирован в решении суда от 25.03.2026. Указания «О рассмотрении заявлений о статусе репатрианта на основании частного гиюра, пройденного в Израиле» перечисляют в п. 4 случаи, когда заявление отклоняется на пороге (יסורבו על הסף), и один из них назван прямым текстом: «в период подготовки к гиюру и/или во время самого гиюра заявитель обладал разрешением по ст. 2(а)(5) Закона о въезде в Израиль».

Оговорка о статусе документа: это внутренние указания ведомства, приобщённые к материалам судебного дела, а не опубликованный регламент PIBA — самого документа в открытом доступе по-прежнему нет. Но о его содержании в этой части сомнений не осталось.

Что говорит судебная практика

Позиция МВД не является абсолютной и автоматически применяемой нормой — суды рассматривали конкретные случаи и не согласились считать любого держателя «визы 2а5» заведомо «незаконным жителем» для целей Закона о возвращении. Но и обратного тоже не гарантировали: решения принимаются индивидуально, с учётом конкретных обстоятельств. Два показательных дела:

• Дело 58728-12-24 (Иерусалимский окружной суд, решение от 25.03.2026): заявительнице отказали в репатриации после гиюра. Суд учёл совокупность факторов — окончательный отказ в убежище ещё до получения «визы 2а5», характер самой визы (временное разрешение для лица, ожидающего депортации) и то, что гиюр начался уже после этого отказа.

  Но в том же решении есть и вторая половина, и она — единственная хорошая новость в этой теме. Суд отказался утверждать, что держатель «визы 2а5» всегда и при любых обстоятельствах пребывает в стране незаконно. Он специально оговорил, что к просителям убежища, чьё ходатайство ещё рассматривается и в отношении которых нет приказа о депортации, логика прежних прецедентов применяется «не в полную силу, если вообще». Вопрос суд оставил открытым (בצריך עיון), прямо написав, что, возможно, в определённых обстоятельствах разрешение 2(а)(5) следует приравнять к законному пребыванию — «но покажет время». Это ровно та ситуация, в которой находится большинство читателей этой страницы: дело не рассмотрено, приказа о депортации на руках нет.

• Дело 52381-10-22 (Иерусалимский окружной суд, судья Тамар Бар-Ашер): суд отказал в признании гиюра, пройденного в период, когда действие визы уже было приостановлено, а заявитель находился в стране лишь на основании временного судебного запрета на депортацию. Суд прямо указал: временный судебный запрет на депортацию — это не то же самое, что действующая виза. Важное обстоятельство, без которого дело выглядит страшнее, чем есть: заявитель имел статус временного жителя А/5, и этот статус был аннулирован государством после его осуждения за непредумышленное убийство и другие преступления — то есть речь не о человеке, которому «просто не повезло с визой».

Обе истории — решения окружных судов, и прецедента, обязательного для других судов, они не создают. Читать их стоит как иллюстрацию подхода, а не как устоявшуюся норму. Разница в том, насколько им можно доверять: текст решения по делу 58728-12-24 доступен, и всё изложенное выше взято из него напрямую. А вот дела 52381-10-22 в открытых судебных базах по-прежнему нет — о нём известно только из публикаций адвоката, и проверить, верно ли они передают решение, невозможно.

Практический вывод

Из имеющейся судебной практики следует по крайней мере одно: на момент прохождения гиюра важно, чтобы синяя бумага была оформлена и действовала — просроченный документ, поданное, но ещё не рассмотренное заявление на визу или лишь судебный запрет на депортацию вместо визы существенно повышают риск отказа. Разумнее исходить из того, что документ должен действовать всю процедуру, а не только в её последний день. Также имеет значение общая история дела о статусе (был ли уже финальный отказ в убежище и решение о депортации).

Это не гарантирует положительного решения даже при действующей визе — вопрос решается индивидуально. Учитывая, насколько серьёзны последствия ошибки (отказ в репатриации после уже пройденного гиюра трудно оспорить задним числом), разобраться в деталях именно вашей ситуации стоит до начала процедуры гиюра, а не после.